В пакете звякнули банки с горошком — и Ольга чуть не выронила сумку. Горошек был тот самый, по акции из «Пятёрочки», другой Антонина Петровна считала расточительством. Куртка на вырывающейся Лизе никак не застёгивалась, пакет не влезал в переполненную сумку, а из глубины квартиры не доносилось ни звука. — Паш, ну где ты? Мы опаздываем. Мать будет нервничать, что суп остынет, — крикнула Ольга. Павел вышел из спальни, поправляя воротник рубашки. К маме он всегда одевался так, словно шёл на приём к губернатору...