Валентина Степановна зашла ровно в одиннадцать. Она всегда была женщиной статной, бывшая учительница литературы, из тех, кто даже в магазин за хлебом идет с идеально прямой спиной. Но сегодня её привычная броня дала трещину. Она села в кресло, и я увидела, как мелко дрожат её пальцы, когда она пыталась распутать тонкую цепочку на шее. Глаза, обычно ясные и внимательные, казались потухшими, окруженными сетью новых вчерашних морщин. Волосы, которые мы всегда берегли и красили в благородный каштановый, висели безжизненными прядями...