Зима в тот год выдалась не просто холодная — она была лютая, беспощадная, словно сама природа решила проверить все живое на прочность. Морозы стояли такие трескучие, что, казалось, сам воздух застыл и звенел натянутой до предела струной. Птицы, случалось, падали на лету каменными комками, большая северная река, вечная кормилица и суровая хозяйка этих мест, спала глубоким, тяжелым сном под толстым, панцирем льда. Сверху ее укрывали гигантские сугробы, наметанные ветрами, превращая русло в бесконечную белую пустыню...