Когда Нина Васильевна пришла в банк оформлять ипотеку, менеджер дважды переспросил возраст. Родня решила, что она сошла с ума. А она просто хотела жить по-своему. Ключи были тёплыми. Нина Васильевна сжимала их в ладони так крепко, будто боялась, что кто-то отберёт. Ей было пятьдесят девять лет, четыре месяца и одиннадцать дней. Она знала точно, потому что считала. Считала каждый день с того момента, как приняла решение, которое перевернуло всё вокруг. Не мир, нет. Мир остался прежним. Перевернулись люди...