Дым стоял такой плотный, что фонарь высвечивал только серую стену в метре перед лицом. Михаил давил тангенту рации третий раз подряд. Где-то за спиной ухнуло — не взрыв, просто ещё одна сосна не выдержала жара у корня и повалилась, ломая соседние стволы. Звук прокатился по земле, отдался в подошвах, и Михаил на секунду замер, вслушиваясь, не ответит ли кто-то на этот грохот криком. Не ответил никто. — Андрей. Андрей, приём. Тишина хрипела в наушнике — не пустая, а живая, будто там, на другом конце, кто-то дышал и не мог ответить...