— Тонечка, мы тут на семейном совете покумекали и приняли волевое решение. Дачу переписываем на Славика! Ему нужнее, у него же спиногрызы растут на голом асфальте, им свежий воздух требуется. А налог за нее, взносы там всякие — это уж ты будешь платить. Ну а что? У тебя же зарплата больше, да и живешь ты, почитай, для себя! Голос Виктора Степановича, Тониного отца, звучал в телефонной трубке так торжественно и раскатисто, будто он с броневика объявлял о победе мировой революции. Тоня, пятьдесят шесть...