Октябрь в Липягах в тот год выдался сиротский. С самого Покрова зарядил дождь, мелкий, въедливый, без единого просвета, будто небо решило выплакаться до донышка и не оставить на зиму ни слезинки. Дорога от большака раскисла так, что районный автобус, пыхтя, вставал у крайней избы, и людей высаживали, как мешки с картошкой: дальше иди пешком, по колено в жиже, кто как сумеет. Алёнка Корнеева, семнадцати лет, школьница-выпускница, вернулась в тот вечер позже обычного. Хлопнула калитка, тяжело прошлёпали...