Люба закрыла за сыном дверь и прислонилась спиной к прохладному металлу. Внутри всё похолодело, но не от страха, а от внезапного, ошеломляющего облегчения. Наконец-то. Свершилось. Максим, её любимый, но шумный, как стихийное бедствие, сын, умотал в университет. В другой город. На целых четыре года, а может, и навсегда. Она прошла на кухню, налила себе бокал вина и села у окна. Сорок лет. Всего сорок. Часики тикают, но теперь они тикают для неё. Впереди — свобода. Никаких больше родительских чатов, где каждая вторая мамаша — не женщина, а катастрофа...