Кофе снова остыл. Аня смотрела на тонкую радужную пленку, затянувшую поверхность напитка в ее любимой желтой кружке, и пыталась вспомнить, сколько раз за это утро она включала микроволновку. Два? Или три? — Мам, смотри, кран! — трехлетний Тёма с размаху врезался игрушечным грузовиком в ее колено. — Очень красивый кран, милый, — машинально отозвалась Аня, покачивая на левом бедре восьмимесячную Машу. Маша хныкала. У нее резались верхние зубы, и последние три ночи слились для Ани в один бесконечный, вязкий коридор из укачиваний, жаропонижающих сиропов и шепота в темноте...