Жёлтый пластмассовый совок пролез под деревянный штакетник ровно наполовину и застрял в подорожнике. На совке, переваливаясь с боку на бок, лежал огромный бурый помидор со следами детской ладони на мокром боку. — Тихон, бери, — настойчиво зашептала из-за забора Уля, расплющив нос между двумя соседними планками. — Он с куста. Я его в бочке помыла, он почти не холодный. На широкой лавке под старой грушей, метрах в трёх от забора, сидел Тихон — девятикилограммовый полосатый мейн-кун с густыми кисточками на ушах и выражением лица пожилого ревизора, которого трудно удивить мелкой взяткой...