Нюра стояла у окна и водила пальцем по стеклу. Указательный палец – тонкий, с обкусанной заусеницей – выводил букву за буквой. Буквы тут же исчезали, будто стекло не хотело их запоминать. Я наблюдала за ней от двери и считала. Семь букв. Потом снова. И снова. Я работала в детском доме номер три двадцать пять лет. Пришла сюда в двадцать девять, думала – на год, перекантоваться. А потом год стал двумя, два – пятью, и вот мне уже за пятьдесят, и я всё ещё хожу одной дорогой – от подъезда до ворот детдома...