Тридцать тысяч лежали в книге. В «Анне Карениной». В том месте, где Анна впервые встречает Вронского на вокзале. Не из символизма — просто я редко открываю эту книгу, и мне казалось, что там безопасно. Двадцать восьмого октября я открыла «Анну Каренину». Тридцати тысяч там не было. Я стояла на табуретке посреди гостиной, в одной руке держала книгу, в другой — пустой конверт, и думала: я их переложила? Я их потратила? Я с ума сошла? Я не переложила. Я не потратила. Я не сошла с ума. … Меня зовут Ирина...