Марина случайно заметила мужа в кафе с незнакомой женщиной. Вместо скандала она сделала то, чего не ожидал никто, включая её саму. Марина увидела их через витрину. Он сидел спиной к окну, но она узнала бы эту спину из тысячи: чуть сутулые плечи, воротник серой куртки задран слева, как всегда. Женщина напротив него смеялась. Откидывала голову, касалась пальцами края чашки. Тёмные волосы, красная помада. Больше Марина разглядеть не успела, потому что ноги сами понесли её дальше, мимо витрины, мимо цветочного ларька, мимо остановки...

— Ты что, совсем кукушка? — Галина Петровна не говорила, она почти выкрикивала, хотя за стеной спал Дима, и я успела приложить палец к губам, но это её не остановило. — Этот дом не твой. Он вообще не твой. Запомни. Я стояла у плиты с чайником в руке. Вода уже почти закипела, и я слышала, как внутри него начинает что то постукивать, мелко, нервно, будто чайник тоже был на нашей стороне и хотел что то сказать. — Галина Петровна, — я постаралась говорить спокойно, — давайте не сейчас. Дима спит. — А мне плевать, кто там спит...