Утро нашей десятой годовщины свадьбы началось не с кофе в постель и не с нежных признаний, а с резкого, дребезжащего звонка в дверь. На пороге стояла Антонина Павловна. Моя свекровь выглядела так, будто собиралась не на семейное торжество, а на генеральное сражение: накрахмаленный воротничок, поджатые губы и папка с чеками, зажатая под мышкой, как боевое знамя. — Леночка, не стой в дверях, — бросила она, отодвигая меня плечом. — Времени в обрез. Гости будут к шести. Я замерла, сжимая в руках старую домашнюю кружку...