Мои сапоги хлюпали по рыжей жиже, которую язык не поворачивался назвать водой. Болота на подступах к Рыжему лесу давно перестали быть просто топью. Это был гигантский кишечник Зоны, переваривающий кости тех, кто пришел сюда за мечтой. Меня зовут Хмурый. Не кликуха, а состояние души и запись в личном деле, оставшемся где-то за Периметром. У меня больше нет хабар-тайников, которые можно вскрыть после ходки, нет долговского кореша, прикрывающего спину, и нет бабы, ждущей на Большой Земле. Всё это сгорело...