— Значит так, я всё решил. Завтра к нам переезжает мама. Ирина замерла с половником в руке. Суп только что закипел, и по кухне плыл густой аромат домашней лапши с курицей, которую Павел так любил. Но сейчас этот уютный запах смешался с чем-то холодным и чужим, просочившимся в дом вместе с его словами. — Ты слышишь? — Павел стоял в дверях кухни, скрестив руки на груди. Поза его была напряжена, как у человека, который долго готовился к разговору и боится, что его перебьют на середине. — Слышу, — Ирина медленно опустила половник на подставку...