Волнение Ганса и Гретель встревожило и вместе с тем порадовало Метту, так как доказывало их любовь к ней. Она вытерла глаза и со светлой улыбкой взглянула на своих детей, взглянула так, как может смотреть только мать. – Нечего сказать, хороший разговор завели мы в канун Дня святого Николаса! – воскликнула она. – То-то я чувствую, что шерсть колет мне пальцы… Вот тебе монетка, Гретель. Пока Ганс сбегает за коньками, ты можешь сходить на рынок и купить себе пирожок. – Позволь мне остаться с тобой, мама, – сказала Гретель, глядя на мать еще влажными, блестящими глазами. – Ганс купит мне пирожок. – Как хочешь, моя девочка… Подожди минутку, Ганс! Я сейчас довяжу чулок, а другой у меня уже готов...