Представьте себе: глубокая ночь, безлунная, промозглая — из тех, что в XIX веке намертво приковывали горожанина к дому. Тишина такая, что слышно, как потрескивает фитиль в латунной плошке на чугунном столбе за окном. А теперь — шаги. Мерные, тяжёлые. Это по пустынной мостовой идёт человек с длинным шестом на плече и деревянной лестницей под мышкой. Ему глубоко за сорок, лицо обветрено, в движениях — армейская выправка. Отставной солдат, получивший место фонарщика по выслуге лет. За час он обойдёт...