Вера Николаевна остановилась посреди гостиной с подносом, уставленным грязными чашками, крошками от печенья и смятыми салфетками. Ей было пятьдесят два года, и последние двадцать восемь лет она работала волшебницей. По крайней мере, именно так, судя по всему, думала ее семья. В их просторной и светлой четырехкомнатной квартире вещи имели чудесное свойство самоочищаться. Грязные рубашки мужа, Игоря, брошенные на стул, к утру понедельника материализовывались в шкафу — выглаженные, пахнущие свежестью и аккуратно висящие на плечиках...