После спора с саддукеями наступила звенящая тишина. Храмовые колонны словно впитали весь гул обсуждений, а теперь источали лишь холодное молчание поражения. Враги отступили. Их учёность оказалась посрамлена, а политические интриги разоблачены. Иисус стоял посреди внезапно опустевшего пространства, как утёс, уцелевший после шторма. Народ, затаив дыхание, смотрел на него, не решаясь подойти. Казалось, схватка завершена. И тут произошло неожиданное. Из группы книжников, которые только что наблюдали за разгромом своих коллег, вышел человек...