— Значит так, Ася с тремя детьми будет жить у вас, это даже не обсуждается, — безапелляционно заявила Маргарита Львовна, торжественно водружая на Верин кухонный стол свой необъятный ридикюль. Тот самый, в котором, по глубокому убеждению Веры, хранились ключи от врат ада, запасная челюсть и скидочная карта в супермаркет. Вера медленно положила кухонное полотенце. В воздухе повисла пауза, густая и липкая, как остывшая манная каша. Только наши люди могут прийти в чужую квартиру, выпить хозяйского чаю с чабрецом и с видом римского императора объявить о реквизиции жилплощади...