В прихожей гулко хлопнула входная дверь, и этот звук отозвался в висках Лены тупой пульсирующей болью. Она только стянула с головы влажный от дождя платок, ещё не расстегнула мокрый плащ, как из комнаты выбежал Егорка. Восьмилетний сын смотрел на неё огромными серыми глазами, в которых плескался голод пополам с тревогой, и Лена сразу поняла, что на кухне её не ждёт ничего хорошего. — Мам, я есть хочу, — сказал Егорка тихо, словно извиняясь за своё желание. — Очень хочется кушать. Мы сегодня ужинать будем? Лена замерла на мгновение, прислушиваясь к звукам из глубины квартиры...