В тот вечер моя тринадцатилетняя дочь впервые попросила меня перестать защищать бабушку. Не спорить с ней, не выяснять отношения и даже не требовать извинений — просто больше не говорить, что бабушка относится к внучкам одинаково. Соня вернулась домой, достала из подарочного пакета блокнот, положила его в нижний ящик письменного стола и сказала: — Мам, я не маленькая. Я всё вижу. По её голосу я поняла: история началась не сегодня. Просто я слишком долго называла происходящее «помощью Кате» и надеялась, что дочь воспринимает это так же...