Раскалённый воздух Иудейской пустыни дрожит над безжизненными холмами, превращая горизонт в зыбкий мираж. Представьте себе Иерусалим более двух тысяч лет назад. Наступает Йом-Кипур, День искупления — самый священный и трепетный момент в году. В густой тишине, нарушаемой лишь блеянием жертвенных животных, первосвященник в белоснежных льняных одеждах подходит к двум одинаковым козлам. Он опускает руку в деревянную шкатулку и достаёт два жребия. На одном вырезано «Для Господа», а на другом — имя, от которого веет древним, первобытным ужасом...