— Марина, ради бога, только не говори мне, что ты нарезала огурцы кружочками, а не соломкой, как я просила для «Царского»! — голос Тамары Павловны прозвучал над ухом так неожиданно и резко, что нож в руке Марины дрогнул, едва не полоснув по пальцу. Марина глубоко вдохнула, стараясь унять дрожь в руках, и медленно выдохнула. Она стояла у кухонного острова уже шестой час подряд. Ноги гудели, спина, казалось, превратилась в сплошной комок боли, а перед глазами плыли разноцветные круги от жара духовки...