В старой трехкомнатной хрущевке на окраине города тяжело и густо пахло корвалолом, нафталином, хозяйственным мылом и той специфической сухой пылью, которая всегда обнажается, когда со стен снимают тяжелые шерстяные ковры, а из шкафов выгребают целую человеческую жизнь. Прошло девять дней с тех пор, как деда Алексея не стало. Ему было сто лет. Целый век, вместивший в себя смену эпох, войну, строительство государства, распад страны и тихую старость. Мы с матерью молча разбирали его вещи, методично...