Рукопись Георгий Павлович не доверял никому, кроме жены. Лаборантке кафедры, аспирантам, даже собственному научному руководителю, пока тот был жив, он отдавал бумаги с видимой неохотой и потом долго проверял, не переставлены ли страницы. А Нине отдавал сразу, не глядя, и в этом чувствовалось полное доверие. Она садилась за работу вечером, когда посуда была вымыта, а сын, Артём, уходил в свою комнату. Печатная машинка у них давно сменилась компьютером, но привычка осталась: Нина по-прежнему называла это «перепечатать»...