Когда джентльмен не может выиграть, он меняет правила игры. Особенно когда эта игра стоит свеч. Когда картина Жан-Батиста-Симеона Шардена «ушла с молотка» за рекордные (для работ этого художника) двадцать четыре с половиной миллиона евро, у хозяев Лувра сдали нервы. Ещё бы: арт-дилер из Соединённых Штатов увёл у них из-под носа единственный в своём роде натюрморт Шардена. Никогда прежде ни за одну работу французских живописцев XVIII века не давали подобной цены. И вдруг — такое! Но французы (внезапно) не сдались...
— Я кому говорю, Петя! — Быстро шептала женщина. — А то она сбежит от тебя до свадьбы! Сколько от тебя уже невест сбежало... — Тебе скоро тридцать пять... Хочешь, чтобы мы с твоим отцом не дожили до внуков? — Эльвира Ивановна нервно кружила по кухне. — Мама, но она однажды всё равно узнает правду... Лучше её подготовить заранее. Чем она случайно узнает, когда поздно будет. — Тихим голосом возразил Пётр. — А может и не узнает. Может, будете жить тихо-мирно всю жизнь, и беда обойдёт вас стороной...