Нина сидела на корточках в прихожей и застёгивала Мишке сандалию, когда в дверь позвонили — два раза коротко, как звонил только один человек на свете. — Мам, дядя, — сказал Мишка и потянулся к замку. — Погоди. — Она отодвинула его плечом, выпрямилась, посмотрела в глазок. Валерий. В той же серой ветровке, что три года назад, только оброс и сильно осунулся. Держал в руках пакет из аптеки — не спрятал, не переложил, нёс как папку с документами. Нина открыла. — Здравствуй, — сказал он. — Здравствуй...