— Я уже всё перевёл. Сегодня утром. Эти пять слов Марина услышала спиной. Она стояла у плиты, помешивала кашу для дочки, и сначала даже не поняла, о чём он. А потом ложка замерла в кастрюле, и каша начала медленно подгорать снизу, прилипая к эмали тонкой коричневой коркой. Она обернулась. Сергей стоял в дверях кухни, держался за косяк, будто ему нужна была опора. И смотрел не на неё, а куда-то в сторону холодильника, где висел детский рисунок — три кривых человечка, держащихся за руки. «Мама, папа, я»...