Макар проснулся в половине шестого. Не плакал, нет, — просто завозился в кроватке, потом сел, ухватился за бортик пухлыми пальчиками и громко, требовательно позвал в темноту: — Мама! Ма-ма! Елена открыла глаза мгновенно, ещё до того, как успела понять, что проснулась. За полтора года такого режима тело научилось реагировать само, без участия головы. Она нашарила тапки, прошлёпала в детскую, взяла сына на руки. Тёплый, сонный, пахнущий молоком и ещё чем-то таким родным, отчего внутри каждый раз что-то сжималось...