Корнеев судорожно мелко закивал. Его маленькие глазки, только что щурившиеся от коньячной истомы, теперь были широко распахнуты. Хмель выветрился мгновенно. Кровеносная система впрыснула в мозг лошадиную дозу адреналина, вытеснив алкоголь концентрированным животным ужасом. Анна плотнее прижала лезвие к шее майора и жестким коротким толчком заставила его подняться. Подчиняясь безмолвной силе, Корнеев послушно встал на ноги, и она тут же погнала его вглубь заснеженного соснового бора, который стеной подходил к самому забору бани, подальше от желтых конусов уличных фонарей...