– Мясо переверни, угли уже седые совсем! – звонкий, требовательный голос золовки разнесся над участком, перекрывая гудение насоса. – Сама переверни, я пиво открываю, – лениво отозвался ее муж, с грохотом роняя шампуры на деревянный настил веранды. Марина замерла у калитки, чувствуя, как тяжелеют пакеты с продуктами в руках. Она выехала из города сразу после работы, отстояла два часа в глухой пробке на выезде из города и мечтала только об одном: переодеться в старый спортивный костюм, заварить чай с мятой и посидеть в тишине на качелях...