Ночная смена в старой калужской котельной всегда начиналась одинаково. Надежда, женщина пятидесяти лет с мягкими, но уставшими чертами лица и добрыми карими глазами, переступала порог гудящего здания ровно в девятнадцать ноль-ноль. Густой, вибрирующий звук котлов встречал её, словно живое дыхание огромного металлического зверя, которого она должна была кормить и укрощать до самого утра. Влажный ноябрьский ветер с силой бился в высокие, пыльные окна котельной, принося с собой первые льдинки надвигающихся заморозков...