Мы все стареем по-разному, но пахнет старость всегда одинаково. Это не благородная лаванда из французских фильмов и не аромат свежеиспеченных пирожков. Это тяжелый, въедливый дух сердечных капель, залежалого шерстяного трикотажа, нестираных штор и дешевого хозяйственного мыла, которым по давней советской привычке застирывают пятна. Капитолина Петровна из нашего третьего подъезда пахла нафталином и старыми, рассохшимися книгами. У нее была одна привычка, которая до зубовного скрежета раздражала весь наш пятиэтажный дом, от мужиков с пивом на лавочке до вечно спешащих мамочек с колясками...