Катя вышла из ванной в белой рубашке Глеба, застёгнутой на две пуговицы, и он замер на пороге так, что рюкзак сам соскользнул с плеча и шлёпнулся на пол. — Не стой, — сказала она, подбирая с плиты прихватку. — Шарлотка остынет, а я старалась. На кухне пахло корицей и яблоками. Провода-питон из-под стола были аккуратно свёрнуты, на холодильнике висела бумажка «Кофе отдельно от носков», а кружка с черепахой, пропавшая две недели назад, стояла вымытая на полке. — Ты нашла кружку. — Она жила в твоей раковине...