Звонкий, переливающийся смех моей старшей сестры Алисы разбил тишину прихожей, словно хрустальный бокал, брошенный о кафельный пол. — Ты всегда была серой мышью, Марин. Без обид, но ему нужна была искра, а не уютный плед. Она поправила перед зеркалом идеальную укладку, провела пальцем по контуру губ, накрашенных вызывающе-красной помадой, и подмигнула своему отражению. За ее спиной стоял Антон. Мой Антон. Человек, с которым мы три года планировали общее будущее, выбирали имена нерожденным детям и спорили, какие обои наклеить в гипотетической гостиной...