Дождь лил стеной, превращая мир за лобовым стеклом моей старой верной «буханки» в размытую импрессионистскую акварель из серых, тёмно-зелёных и асфальтовых тонов. Дворники, скрипя, как несмазанные суставы старого солдата, отчаянно и монотонно боролись с потоками воды. Но с каждой минутой всё очевиднее проигрывали эту неравную битву. Я вёл машину неспешно, с той глубокой, почти медитативной уверенностью, которая приходит после полумиллиона километров, намотанных не только на гладкие асфальтовые ленты...