Тёмке исполнялось три, и я с утра пекла ему торт. «Муравейник», его любимый, со сгущёнкой. Я катала шарики из песочного печенья, обваливала в варёной сгущёнке, складывала горкой, и руки помнили это дело наизусть. Я ведь и Олегу такой пекла, когда ему три стукнуло. Тридцать два года назад, в той ещё, своей кухне. А над всем этим утром висел срок. К Новому году освободить комнату. Уехать в деревню, в нетопленый родительский дом. Полтора месяца мне отмерили, как пайку. И я пекла внуку торт, отсчитывая эти полтора месяца ложками сгущёнки...