Пустота внутри стала её постоянным спутником, заменив собой нормальное детство. Это было не легкое посасывание под ложечкой перед ужином, а хроническая, высасывающая жизнь тяжесть, от которой заострились скулы и проступили ключицы. Сытость казалась девочке чем-то из области недостижимой фантастики. Пока одноклассники на школьных переменах беззаботно наслаждались жизнью, Лена забивалась в самый дальний угол и превращалась в одно сплошное обоняние. По кабинету плыл густой, дразнящий аромат домашней выпечки — это пухлая Даша уплетала румяный пирожок...