Луна сместилась, и полоса света на полу стала шире.Где-то за окном заухал филин — глухо, тревожно — и снова наступила тишина. Ида прикрыла глаза и поняла. Она будет молчать, будет носить эту любовь в себе, как заветное семечко, поливать его надеждой и терпением, но никому не покажет ростков. Пусть это будет ее девичий секрет, ее тайная печаль и тайная радость одновременно. Если Ивану суждено очнуться и увидеть ее — он увидит сам. Если нет — значит, не судьба. Она вздохнула еще раз, уже глубже, и в груди чуть отпустило...