Мы оставили Гегеля на самой вершине башни. На верхнем этаже играла симфоническая музыка, на голографических панелях мерцали категории Абсолютного Духа, а человеческая мысль праздновала окончательное понимание самой себя. Казалось, мир наконец расшифрован, код завершён, а реальность доказала свою разумность. Но представьте, что прямо посреди этого интеллектуального триумфа в конференц-зал входит молодой человек с взъерошенной бородой, в потрёпанном пальто и с пачкой сырых рукописей под мышкой. Он...