Первый вдох был тёплый, пахнущий смолой и мокрой парусиной. Темно. Что-то скрипело над головой длинно и мерно, как большие качели, и пол под спиной ходил туда-сюда, не спеша. Перед глазами зажглись буквы. 'Девочка Ула. Отец'. Подержались и растаяли. Фёдор полежал, слушая. Качка, скрип, плеск за тонкой стенкой, где-то далеко наверху хлопнуло полотно. Корабль. Парусный, большой, идёт ровно. Он лежал на дне шлюпки, накрытой парусиной, между банками, и в бок ему упиралось весло. – Девочка, – сказал он в темноту шёпотом...