Я замер в тени бокового штрека, прижавшись спиной к влажному ледяному базальту. Каждый мой вдох в этой заброшенной шахте отдавался в ушах сухим шелестом. Морозный воздух, проникающий снаружи сквозь щели в завале, мгновенно превращался в ледяную пыль на моём воротнике. Тайга лежала у моих ног, превратившись в неподвижный серый валун, только её ноздри едва заметно подёргивались, улавливая запах чужаков, смешанный с ароматом замёрзшей хвои и старой солярки. Я видел сквозь узкую расщелину в наших баррикадах, как за пределами шахты зимний лес замер в ожидании развязки...