В середине апреля снег в Кедровом Логу уже осел по канавам, но ночью с перевала налетела метель. Пётр Савельевич проснулся оттого, что Нюра скребла входную дверь и тихо подвывала, не отходя от порога. Лайка ещё не оправилась после неудачных родов: трое щенков в коробке не подали голоса к утру, и с тех пор она ела через силу, а днём лежала на старой овчине возле печи. Пётр пытался удержать её дома, однако собака не огрызалась и не рвалась, только снова касалась лапой досок. В этом молчаливом упрямстве было что-то, отчего старик надел плащ и отодвинул засов...