— Это не обсуждается, — голос Марка доносился из кухни, ровный, как линия на кардиомониторе. — Мама уже всё решила. Лена замерла, не донеся руку до выключателя. На кухне горел свет, узкая полоска ложилась на ламинат прихожей, разрезала полумрак. Она стояла в этой полосе, как в луче прожектора, и слушала. — Ты ей скажи, — продолжал Марк. — Или я сам скажу. Вопрос решённый, Лен, тут нечего мусолить. Она прошла на кухню. Марк сидел за столом, перед ним раскрытый ноутбук, телефон прижат плечом к уху...