Звон десертной ложечки о хрустальный край бокала прозвучал в шумном зале ресторана как выстрел стартового пистолета. Я вздрогнула и инстинктивно напряглась. За большим круглым столом, уставленным блюдами с остатками грузинского застолья — остывшими хачапури, рулетиками из баклажанов и недопитым саперави, — воцарилась тишина. Моя золовка, двадцативосьмилетняя Марина, поднялась со своего места. На ней было платье, которое кричало о своей стоимости громче, чем следовало бы при ее официальном статусе «временно безработной, ищущей себя»...