Чайник шепнул тихо, как всегда, и Елена поставила две чашки так, будто это была обычная привычка. Только вторая чашка стояла чуть ближе к ней, чем обычно, и пар от неё казался не тёплым, а внимательным. Она жила аккуратно, по минутам, и ей это нравилось. Елена всегда раскладывала пакетики на подносе в одном и том же порядке, разглаживала салфетку, пока её край не начинал выглядеть "правильно", и только потом садилась. На шее блестела тонкая серебряная цепочка, и она поправляла её перед выходом, будто проверяла, на месте ли привычная опора...