«Ты знаешь, а девочка на картине — это я!» Так, едва перешагнув порог алмаатинской квартиры, двадцатилетняя студентка Строгановки Лена Отрощенко сказала однокурснику Арсену Бейсембинову. На стене, в комнате апы, висела пожелтевшая вырезка из «Огонька», и с неё смотрела девочка в белой майке, делающая утреннюю гимнастику у распахнутого балкона. Арсен, высокий и черноволосый, с красивым восточным разрезом глаз, улыбнулся. — Значит, я люблю тебя уже очень давно. Признаюсь, читатель, из всех историй, связанных с советской живописью, эта кажется мне самой удивительной...