Я слушала, и внутри меня медленно, как лава, поднималась та самая ярость, предвестник которой я почувствовала у разбитой чашки. Она хотела не просто выгнать. Она хотела превратить меня в бесплатную прислугу с дополнительным доходом для себя. Нашла моё самое больное место — работу, творчество, которое было моим спасением — и наступила на него. — И если я откажусь? — спросила я всё так же ровно. — Тогда, милая, первого числа — за дверь. И даже не пытайся что-то оспаривать. Я всё знаю о своих правах...